Именитые альпинисты оценили скоростной подъем британцев на Джомолунгму
Восхождения на Эверест, и в целом альпинизм, в скором времени могут измениться. Недавно группа британских альпинистов поднялась на высочайшую вершину планеты, на высоту 8848 метров, за 5 дней, используя газ ксенон. В то время как восхождение с акклиматизацией занимает обычно около двух месяцев.
тестовый баннер под заглавное изображение
Ксеноновая газотерапия вызвала негативную реакцию властей Непала, которые инициировали в отношении британской команды и фирмы-организатора восхождения расследование. О своем отношении к «ксеноновым туристам» рассказали «МК» известные советские и российские альпинисты, которые сами поднимались на Эверест.
Британцы нарушили и попрали всю систему подготовки к восхождению на высочайшую вершину мира. Их «акклиматизация» проходила в немецкой клинике, где они за две недели до штурма Эвереста вдыхали ксенон. Согласно исследованиям, этот газ способен увеличить выработку организмом белка, который борется с гипоксией.
Чтобы предотвратить высотную болезнь, британская команда, в которую входили бывшие спецназовцы и министр по делам ветеранов Великобритании Эл Карнс, использовала также специальные палатки, которые имитируют недостаток кислорода на большой высоте.
Как говорят британцы, они совершили самое быстрое восхождение, чтобы собрать миллион фунтов стерлингов для военных благотворительных организаций.
Правительство Непала рекорд не оценило. И начало расследование деятельности альпинистов и туристического агентства, пригрозив принять меры в соответствии с законом.
В частности, министр туризма Непала Нараян Прасад Регми заявил, что альпинисты и организаторы экспедиций должны сообщать о веществах и оборудовании, которые они используют. В Непале никогда восходители не использовали ксенон. И необходимо принять закон, разъясняющий его законность.
В свою очередь, представители австрийской компании, которая организовала восхождение, говорят, что не было нарушено ни одно непальское постановление. Альпинисты не ввозили в страну ксенон. А то, что происходит за пределами Непала, не должно входить в компетенцию правительства высокогорной страны. И вообще, короткие восхождения — более экологичные. Потому что при этом используется меньше ресурсов, в горах остается меньше мусора.
— Я одно могу сказать, что это уже не альпинизм, а чисто коммерческие дела, — говорит, в свою очередь, мастер спорта по альпинизму, член классификационной комиссии Федерации альпинизма России, член жюри премии «Золотой ледоруб России», «Снежный барс» Владимир Шатаев. — Такое восхождение не имеет никакого отношения к спорту. Я не знаю, чего еще можно ожидать. Эверест манит огромное количество людей. Это высочайшая гора в мире. Кто только туда уже не взошел. И инвалиды в сопровождении команды, и незрячие, и целые семьи… Теперь вот поднялись, используя ксенон. Мы и предположить такого не могли. Для нас важна была философия в горах, философия жизни, дух экспедиционного восхождения, встречи, помощь друг другу и так далее.
Перед восхождением альпинисты проходят акклиматизацию, совершают короткие подъемы, каждый раз все выше и выше. И только когда организм акклиматизируется, идут на вершину. Акклиматизация может занимать до 10 недель.
— Срок зависит от погоды и многих других факторов, — говорит Владимир Шатаев. — Мы во время совместной советско-китайско-американской экспедиции на Эверест в 1990 году шли с севера, со стороны Тибета. Три месяца провели в горах. И то не все взошли на вершину. Сейчас в коммерческих экспедициях кислород применяют фактически от базового лагеря. Это нарушает всю систему подготовки. Грубо говоря, акклиматизация не нужна. Ты идешь и все время дышишь кислородом. Другое дело, если он кончится, то альпинисту — каюк.
Теперь, как говорит наш собеседник, придумали новый аттракцион для состоятельных туристов. Длительную акклиматизацию может заменить ксеноновая газотерапия.
— Вдыхание малых доз ксенона вызывает гипоксию — кислородное голодание организма, — объясняет доцент кафедры неорганической химии Российского технологического университета МИРЭА Андрей Дорохов. — В ответ почки вырабатывают эритропоэтин (ЭПО), который заставляет костный мозг производить больше красных кровяных телец, в результате чего увеличивается кислородная емкость организма (кровь способна переносить больше кислорода) и человек легче переносит недостаток кислорода в воздухе на большой высоте.
Как говорит ученый, в принципе, это не запрещено для альпинистов, чего не скажешь о спортсменах.
— Повышенный уровень эритропоэтина в крови может стать поводом для дисквалификации за допинг.
Вдыхая ксенон, на Эверест можно подняться за неделю, а то и за 5 дней. Что доказала британская команда.
В то же время член парламента Непала Раджендра Баджгейн уже высказался, что подобные быстрые восхождения с использованием ксенона могут нанести ущерб их горной экономике. Так как при этом сокращается потребность в местных шерпах, гидах и кухонном персонале. Сельские общины могут лишиться жизненно важных доходов.
— В Непале свои законы. Британские альпинисты не предупредили власти о том, что они будут использовать ксенон. К тому же власти Непала запретили использовать вертолеты для заброски альпинистов в базовый лагерь. Туда нужно подниматься пешком, используя для доставки снаряжения мулов, яков, шерпов (горных проводников, носильщиков, представителей народности из Восточного Непала). А вертолеты должны быть задействованы только для проведения спасательных работ. Вполне возможно, что британцы при своем скоростном восхождении использовали вертолет, чтобы попасть в базовый лагерь, что было нарушением.
В целом, как говорит Владимир Шатаев, пермит (разрешение на восхождение) стоит достаточно дорого.
— Раньше стоимость пермита для восхождения на Эверест со стороны Непала в популярный весенний сезон составляла 11 тысяч долларов на человека. А с сентября уже придется выложить 15 тысяч долларов. На мой взгляд, это большие деньги.
Быстрое восхождение с использованием ксенона стоит и вовсе порядка 150 тысяч долларов и выше. Ксенон — дорогой газ.
***
— Власти Непала наверняка предпримут сейчас какие-то меры, чтобы ограничить восхождения с использованием ксенона, — считает мастер спорта по альпинизму, старший тренер и капитан сборной России по высотному альпинизму «Снежный барс» Александр Яковенко. — Досконально неизвестно, какая реакция может быть от этого газа и какие это может иметь последствия.
Понятно и то, что власти Непала пекутся о своей экономике.
— Если все будут совершать восхождение на Эверест за пять дней, что станет с бизнесом местных жителей? Они рассчитывают, что альпинисты будут там питаться и использовать рабочую силу в течение двух месяцев. А тут вдруг сроки неожиданным образом могут сократиться до 5 дней…
Александр Яковенко подчеркивает, что он занимается классическим альпинизмом, который в корне отличается от коммерческого.
— Недавно на Эверест взошла российская телеведущая, модель и блогер. И очень переживала, что практически никто из российского альпинистского сообщества ее не поздравил. Но ведь это не альпинизм, а скорее высокогорный туризм с использованием помощи шерпов, кислорода, промежуточных лагерей и всего остального. Ну есть такое занятие, люди этим занимаются. Идут по провешенным маршрутам. Это к классическому альпинизму не имеет отношения.
Коммерческие туры на Эверест, по мнению нашего собеседника, будут развиваться.
— Будут появляться различные новшества. Вполне возможно, что снаряжение скоро будут доставлять дроны. Все меняется. Мы, когда совершали первое восхождение в середине 90-х, ходили в валенках. У нас не было шерпов, мы сами прокладывали маршрут, провешивали перила. И посмотрите, какое сейчас снаряжение. Добавились баллоны с кислородом, другого качества веревки. На маршруте работает целая бригада помощников. Мне что, теперь говорить: «Ребята, это не по-честному»? Время идет, все меняется.
Как говорит Александр Яковенко, есть уже специальные гипоксические палатки для предварительной акклиматизации перед восхождением на вершину.
— Многие их применяют. Ставят эти палатки у себя дома, ночуют в них. Проходят в них первичную акклиматизацию. Эти мини-барокамеры «загоняют» их на высоту пять тысяч или шесть тысяч метров. Позволяют длительное время находиться под воздействием гипоксии. И вот теперь начали использовать газ ксенон. Он тоже имеет место быть. Это нормально.
Александр Яковенко обращает внимание на то, что сейчас и на Эльбрус ходят с кислородом.
— Таких — процентов 20–25. Приезжают и за один день поднимаются на Эльбрус. Посмотришь — идут такие «аквалангисты» в масках. Для обычного альпиниста это перебор, слом всего. Тем не менее это пользуется спросом. Платишь деньги, тебе врубают кислород — и вперед. Мол, это же безопасность. Но аппарат может сломаться, и организм человека может сломаться. Вообще может произойти все что угодно. Но тем не менее это есть.
То же самое, как говорит наш собеседник, с использованием ксенона.
— Это ведь нужно было провести целое научное изыскание, чтобы использовать газ и не убить людей. Эти ребята из британской команды тоже рисковали. Им пришлось ловить «погодное окно». Я не удивлюсь, если в скором будущем будут «корректировать» погоду на Эвересте. Разгонять с самолета тучи, распыляя специальные составы.
***
В свою очередь, врач-альпинист Игорь Похвалин, первый крымчанин, который взошел на высочайшие вершины всех континентов планеты, говорит, что пока досконально неизвестно, насколько безопасен метод восхождения с использованием ксенона. Эффективность этого газа не подтверждена масштабными исследованиями. Тем более в одной из самых экстремальных сред в мире.
— Но люди раздвигают рамки возможного, — говорит Игорь Похвалин. — Долгие годы было загадкой, можно ли спуститься на дно Марианской впадины. В январе 1960 года швейцарский исследователь Жак Пикар и лейтенант ВМС США Дон Уолш доказали, что это возможно. За пять часов погрузились на батискафе «Триест» в морскую бездну на глубину около 11 километров. В абсолютной темноте столкнулись с проявлениями жизни.
Эксперт напоминает, что в глубоководных погружениях давно применяется кислородно-гелиевая смесь (гелиокс). Гелий используется в этой смеси, чтобы исключить токсическое действие азота, азотный наркоз, глубинное опьянение. И расширить пределы глубин погружений.
— Теперь применяют ксенон, чтобы сократить срок акклиматизации, идя на вершину. Вопрос в том, что человек ищет, решаясь подняться на Эверест. Ему нужны приключения в чистом виде или он хочет поставить у себя галочку, что он стоял на вершине, на высоте 8848 метров?
Сейчас коммерческих альпинистов поднимают на Эверест с кислородом. На одного человека берут в среднем 8 баллонов.
— Перед этим туристом и за ним идут здоровенные мужики — высотные портеры, сопровождающие. Один несет его кислород, другой — горячее питье. Туриста пристегивают, перестегивают на перилах. Он идет не один, их идет трое. Вся логистика продумана. К услугам — целая армия шерпов. Дыши — не хочу. Так можно и бабушку на вершину поднять.
В то же время, как вспоминает наш собеседник, моральность использования кислорода для высотных восхождений отстаивалась еще с 20-х годов XX века.
— Первыми использовали кислородные баллоны для восхождения на Эверест члены британской экспедиции в 1922 году. Они пытались взойти на вершину с севера, со стороны Тибета. Первые две попытки закончились неудачей, а третья — трагедией: под лавиной погибли семь носильщиков.
Ныне быстрое восхождение отставных британских военных из отряда спецназа на Эверест с применением ксенона преподносится как сенсационный рекорд.
— Если говорить об абсолютных достижениях, стоит вспомнить итальянского альпиниста Райнхольда Месснера, который 20 августа 1980 года поднялся на вершину Эвереста в одиночку, в разгар муссонов, без использования кислородных баллонов. Шел по новому маршруту на северном склоне, где нет плоских поверхностей и возможности для передышки.
Также наш собеседник вспоминает швейцарского альпиниста Ули Штека, который 21 февраля 2007-го за 3 часа 54 минуты поднялся по Северной стене Эйгера по классическому маршруту. (Средний угол наклона стены — 75 градусов, большая часть покрыта льдом, где альпинисты двигаются в «кошках».)
Как говорит Игорь Похвалин, когда-то в своей книге он написал, что на высоте есть два вкусных момента, это вода и кислород. А теперь кто-то может добавить и третий момент — ксенон.
— Наука идет вперед. И споры относительно использования ксенона, дополнительных технологий, конечно, будут идти. Например, итальянский альпинист Чезаре Маэстри в 1970 году проложил на юго-восточном склоне горы Серро Торре (труднодоступная вершина в Патагонии, в Южной Америке) маршрут с помощью воздушного компрессора с бензиновым приводом. Взял и пробил всю стену от начала до конца, установив около 300 шлямбурных крючьев. И поднимался по ним, как по шведской стенке. (В источниках сообщается, что он так и не дошел до вершины порядка 60 метров. — Авт.). Тогда сказали, что Чезаре Маэстри практически изнасиловал Серро Торре.
Эту тактику, как говорит наш собеседник, сочли оскверняющей, сославшись на то, что это не альпинизм.
— По аналогии то же самое можно сказать и о восхождениях с использованием ксенона.
У истории с Чезаре Маэстри и его маршрутом, который окрестили «Компрессором», было продолжение. Он использовался проводниками из Эль Чалтена вплоть до 2012 года. Пока два американских альпиниста не прошли этот маршрут без использования вбитых ранее крючьев. И на спуске удалили их, считая, что «альпинизм должен быть честным». Американцы чудом избежали возмездия разгневанных жителей Эль Чалтена, которые много лет зарабатывали за счет «Компрессора».
Подводя итог, Игорь Похвалин говорит, что ксенон — это не хорошо и не плохо. Это факт.
— Я не осуждаю этот метод. Но почему-то вспоминается Гарри Гудини с его фокусами. Кто-то на этом зарабатывает деньги. Есть перспектива. Потом могут и подъемник построить прямо на Эверест. Но гора — она, на мой взгляд, живая. Она не любит, когда ее так используют. Периодически отвечает.
При покорении вершины погибли более 300 человек.
