Происходящее в Афганистане, который столкнулся с разгулом насилия вслед за выводом войск США и НАТО, нельзя трактовать как гражданскую войну. Такое мнение в интервью «Известиям» высказал глава МИД Исламской Республики Афганистан Мохаммад Ханиф Атмар. Дипломат также рассказал, как Кабул относится к другим странам, которые наладили контакты с «Талибаном», почему запрещенное в РФ движение не стоит считать вменяемой силой и какую память 20 лет военного присутствия в стране США и других сил оставили рядовым афганцам.
«Взращивая монстра, они получат Франкенштейна»
— С выводом американских войск и особенно в последние дни ситуация в Афганистане стала всё сильнее обостряться. Можно ли трактовать происходящее как настоящую гражданскую войну или это будет преувеличением, особенно с учетом того факта, что многие бойцы, как указывают эксперты, граждане Пакистана?
— Нет, это не гражданская война. И она таковой никогда не была и такой не станет. Это война, развязанная сетью международных террористов, которая собрала не только афганских талибов, но и террористов из региона Центральной Азии, Китая, Пакистана и «Аль-Каиду» (запрещена в РФ). Их вовлечение меняет характеристику происходящего с гражданской войны на войну международного терроризма с Афганистаном и регионом.
— Объясню так. Мы переживаем уникальное время в нашей истории, когда наши национальные интересы, в особенности в сфере безопасности, — те же самые, что и интересы безопасности всего региона и более широкого международного сообщества. Нашей стабильности, безопасности и процветанию угрожают терроризм, наркотики и организованная преступность, находящиеся между собой в симбиозе. Это угроза не только Афганистану. Поэтому первое: мы все сталкиваемся с общей угрозой, и нам необходимо иметь общую стратегию и нести общую ответственность ради преодоления этой угрозы. Поэтому мы приглашаем все нации к совместной работе с Афганистаном для ее нейтрализации.
Есть страны, которые трусливо работают с этими террористами и поддерживают террористические организации, что вызывает нашу озабоченность. И мы всегда открыто говорим этим партнерам, что, взращивая такого монстра, они в итоге получат Франкенштейна, который в конце концов обернется против собственного хозяина. Мы часто говорим о близорукости такой стратегии — использовать терроризм против другой страны. Ведь всё возвращается, становясь угрозой для самих создателей. Это второе, что я хотел бы подчеркнуть.
— А как вы относитесь к инициативе Турции оставить свой контингент для охраны аэропорта Кабула, которая была согласована с Вашингтоном, но без консультаций с администрацией Ашрафа Гани?
— Давайте я проясню. Турецкое правительство не собирается обеспечивать безопасность аэропорта в Кабуле. Они предоставляют важные услуги, например в сфере воздушного трафика, коммуникаций, пожарной безопасности. Внутри аэропорта будут их солдаты — небольшая группа людей для собственной охраны. Но реальную безопасность — как внутри, так и снаружи аэропорта — будет обеспечивать правительство Афганистана. Это раз.
Во-вторых, Турция все-таки сначала подняла этот вопрос перед Афганистаном, и на самом деле страны достигли консенсуса. И лишь потом тему вынесли на обсуждение с НАТО и США. И мой коллега в Турции — мой друг Мевлют Чавушоглу — пару недель назад заявлял, что правительство Афганистана приглашает Турцию для выполнения этой важной международной стандартной операции в аэропорту.
«В отношении талибов надо быть крайне осторожными»
— Немало стран, включая Россию, давно и последовательно проводят линию на подключение «Талибана» к политической жизни Афганистана — взять, например, идею об инклюзивном переходном правительстве с участием движения. Чем вы можете объяснить такую расположенность других стран к движению, которое так и не сложило оружие?
— В вашем вопросе есть сразу несколько измерений. Во-первых, готово ли правительство Афганистана включить «Талибан» в некую сделку по разделу власти и вместе работать? Ответ: да. Мы готовы работать с «Талибаном», готовы взять их в правительство, готовы к миру с ними и разделу с ними власти. И у нас не так много условий для этого, в реальности только одно — внутри страны будущее Афганистана должно решаться свободной волей афганского народа, а на внешних границах Афганистан не должен представлять угрозу ни одной другой стране, и у нас не должно быть ни одной иностранной террористической силы. Вот, по сути, единственный, важнейший принцип, из которого мы исходим при любом политическом урегулировании с «Талибаном». Наше правительство готово принять «Талибан» в качестве его части на том условии, что они перестанут поддерживать терроризм.
Второй момент. Некоторые страны взаимодействуют с «Талибаном». Мы приветствуем работу в попытке убедить талибов в необходимости мира и политического урегулирования, но не в попытке подбодрить талибов продолжать насилие и сотрудничество с иностранными террористами.
Мы с большим уважением относимся к людям с другими взглядами, выражаемыми мирными и законными способами, но поддержка терроризма — это преступление. И «Талибан» не раз совершал это преступление в прошлом.
И сейчас мы говорим этим странам, нашим партнерам, что в отношении талибов надо быть крайне осторожными. Они сотрудничали с террористами в прошлом, активно работают с ними сейчас, и нет ни одной причины, по которой они не будут поступать так же в будущем. И станет громадной ошибкой думать, что Афганистан во главе с «Талибаном» не будет убежищем для международных террористов и угрозой странам вокруг. Точно будет. И именно поэтому мы просим наших партнеров работать с Исламской Республикой Афганистан, которая не воспитывает террористов и не подпитывает наркотрафик.
«Ни один вменяемый человек такого бы делать не стал»
— В начале июля генконсульство России в городе Мазари-Шариф временно прекратило работу из-за обострения обстановки на севере Афганистана. Были сообщения о закрытии и других дипмиссий. Насколько существенным оказался исход иностранного дипперсонала из Афганистана на фоне проблем с безопасностью?
— Очень жаль, что «Талибан» нарушил закон и порядок и подорвал безопасность практически в половине Афганистана. При помощи своих иностранных соратников они ведут бои с нашими правительственными войсками в 31 из 34 провинций. Это самая бесчеловечная и свирепая кампания «Талибана». Дипломаты совершенно правильно почувствовали угрозу, из-за которой мы помогли им временно покинуть территорию посольств. Хотя, разумеется, мы всех вернем, когда ситуация улучшится.
«Афганцы всегда помнят хорошее»
— Американцы были в Афганистане 20 лет. Принесло ли столь долгое присутствие воинского контингента что-то позитивное вашей стране и кем американцы останутся в памяти простых афганцев — освободителями или захватчиками?
— Речь не только о США. Это были международные усилия. За два последних десятилетия около 70 стран, включая и Россию, и международные организации пытались помочь Афганистану. Конечно, огромная доля усилий пришлась на Соединенные Штаты. Мы благодарны США, России и всем нашим международным партнерам за щедрость, проявленную к афганскому народу. Например, щедрость в виде денег налогоплательщиков, включая российских, которые пошли на помощь Афганистану.
Я был министром сельского развития, министром образования, главой МВД и сейчас глава МИДа — и в каждом из этих ведомств я видел сильную поддержку России Афганистану. Так что еще раз, это не были только США, это были глобальные региональные и мировые усилия.
К чему они привели? Если быть честным, восстановили всю государственную систему, целиком порушенную талибами: не было ни полиции, ни армии, ни общественной администрации или социальных служб. Весь бюджет правительства талибов на нужды здравоохранения составлял около $1 млн в год — меньше, чем бюджет какой-либо небольшой НПО, занятой в этой сфере в Афганистане. Не было государства.
Афганцы всегда помнят хорошее. Многие десятилетия назад СССР построил для Кабула ГЭС, и мы до сих пор помним об этом с благодарностью. Или взять Кабульский технический университет — он по-прежнему один из лучших в стране, и это тоже не обошлось без поддержки России.
Афганцы — благодарный народ, который никогда не забывает оказанную помощь. Хотя он помнит и причиненный вред, именно поэтому мы и говорим, что «Талибан» никогда не завоюет афганский народ.
— На прошлой неделе США объявили о завершении своей боевой миссии в Ираке к концу года. Как это может сказаться на ситуации во всем регионе, не чревато ли это активизацией ИГ (запрещенная в РФ террористическая организация) в этой стране и вокруг?
— Этот регион всегда был под влиянием сетей террора и организованной международной преступности. И это повлияло на Афганистан, Пакистан, Сирию, Ирак. Чтобы разбить эти террористические организации, нам надо работать вместе — это не может зависеть только от США. Мы не можем рассчитывать исключительно на то, что американцы сделают это за нас. Это наши общие враги, мы хотим, чтобы американцы нам помогали, но мы ожидаем, что такой борьбой будут заниматься все страны региона. По этой причине я верю, что он должен и дальше работать с США, Россией, Китаем, НАТО, ШОС — все мы должны взяться за руки, чтобы вместе бороться с терроризмом и наркотиками. И на этом пути Афганистан будет надежным партнером.
