Военно-морской флот СССР имел слабую «культуру безопасности», однако произвел «революцию» в ведении подводной войны. Соответствующее мнение озвучили обозреватели американского портала The National Interest.
Изображение взято с: pixabay.com
В статье обращают внимание, что США спустили свою первую АПЛ «Наутилус» еще в 1954 году, и это стало революцией по части ведения подводной войны. После этого в СССР взялись за строительство собственной атомной субмарины. Речь идет о проекте 627. Такая подлодка действительно имела определенные преимущества, если сравнивать с американской, однако впоследствии наблюдалась тревожная тенденция к катастрофическим авариям, что авторы называют характерным для флота Советского Союза во время холодной войны. Эксперты указывают — первое время подлодки СССР планировалось использовать для запуска ядерных торпед по вражеским гаваням и прибрежным городам. В тот период истории у Москвы наблюдался дефицит ракет дальнего радиуса действия и бомбардировщиков, способных накрыть большую половину континентальной части США. Однако в середине 1950-х годов проект 627 пересмотрели, стремясь отразить противокорабельную роль. В итоге восемь торпедных аппаратов разместили в носовой части, а боевые системы позаимствовали от дизельных подводных лодок класса «Фокстрот».
Первым судном проекта 627 «Кит» (по классификации НАТО «Ноябрь») стал К-3 «Ленинский комсомол», он сошел на воду в 1957 году и совершил свой первый рейс на атомной энергии в июле 1958 года. Подлодка имела водоизмещение более 4 тысяч тонн и достигала 107 метров в длину, экипаж состоял из 74 моряков и 30 офицеров. К-3 отличалась выносливостью, отправляясь в двухмесячные рейсы и оставаясь в это время под водой. В 1962 году «Ленинский комсомол» стал первым советским судном, выполнившим путешествие к Северному полюсу, а родственный корабль К-133 оказался первой субмариной, пересекшей пролив Дрейка. Вскоре к К-3 присоединились еще 12 судов обновленного типа «Ноябрь».
Изображение взято с: pixabay.com
Реакторы ВМ-А 627 были более мощными, чем их американские аналоги, что обеспечивало большую скорость, однако они оставались шумными. Из-за этого подлодки проекта 627 было просто обнаружить. Кроме того, в погоне за производительностью пришлось жертвовать безопасностью. Отсутствие радиационной защиты становилось причиной проблем со здоровьем у членов экипажа, на многих субмаринах за время эксплуатации несколько раз выходили из строя реакторы.
В октябре 1960 на К-8 разрыв паровой турбины чуть не привел к расплавлению реактора из-за потери теплоносителя. Чуть позже на К-14 тоже произошла авария с участием реактора, требовавшая замены последнего. В 1965 К-11 из-за радиоактивного пара и проблем с диагностикой на борту случился пожар. Советский экипаж затопил судно 250 тоннами воды, чтобы потушить пламя, семь человек получили облучение. К-3 в сентябре 1967 года столкнулась с гидравлическим пожаром в торпедных аппаратах, погибли 39 моряков. Еще одной «жертвой» оказалась подлодка К-27 проекта 645. В мае 1968-го из строя вышел левый реактор. Весь экипаж из 124 человек получил облучение радиоактивным газом. В 1970 на К-8 из-за замыкания случилось возгорание системы кондиционирования.
В статье резюмируют, что субмарины класса «Ноябрь» нельзя назвать тихими охотниками, но они все равно ознаменовали прорыв в обеспечении глобального охвата подводного флота СССР при работе под водой. Они также преподали болезненные уроки Москве, которой пришлось заплатить человеческими жизнями. Эти риски присущи эксплуатации ядерной энергии, дорого стоят также технические ошибки и слабые процедуры безопасности.
