«Учишься быть в моменте». Путешественница месяц провела в школе кунг-фу в Шаолине 2 июля 2026, 13:15 МСК
Поделиться Комментарии Ксения Лазаренко — о том, как монастырь навсегда меняет тело и душу. Шаолинь — знаменитый буддийский монастырь и центр боевых искусств в Китае, ставший символом кунг‑фу и строгой дисциплины. Он расположен у подножия горы Суншань в провинции Хэнань. Люди едут туда, чтобы освоить техники кунг‑фу, испытать себя в жёстком распорядке дня и прикоснуться к традициям чань‑буддизма.
Путешественница Ксения Лазаренко провела месяц в легендарном Шаолине. Она вернулась с багажом не только физических навыков, но и глубоких личных открытий. В интервью «Чемпионату» Ксения честно рассказала о буднях в центре боевых искусств – от жёсткого расписания и непривычного рациона до моментов тишины, которые запомнились больше всего. А ещё дала практические советы тем, кто тоже хочет пройти этот путь.
Ксения Лазаренко путешественница, блогер
«В мою жизнь Шаолинь пришёл в начале 2026 года. Я листала ленту, читала статьи и вдруг наткнулась на него. В тот момент будто что‑то щёлкнуло: мне туда нужно. Чем больше узнавала, тем сильнее крепла уверенность: хочу там быть».
Как попасть в школу кунг-фу
– На обучение принимают с 16 лет, предупреждают о нагрузках, спрашивают про состояние здоровья — дальше ответственность на ученике. Только в одной из школ, куда я подавала заявку, попросили официальные медицинские справки. Обычно никаких заключений от врача не требуется.
Важно, что не везде принимают иностранцев. Самое трудоёмкое — оформление визы, но школы помогают: высылают приглашение, с которым процесс идёт проще. Кроме того, для россиян действует безвизовый режим до 2027 года — можно находиться в Китае до месяца.
Алгоритм простой: заполняешь анкету на сайте, дальше общение идёт только по электронной почте — официально школы не работают через мессенджеры. Важно не попасть на посредников, ведите переговоры напрямую. После одобрения нужно внести депозит — у меня он составил $ 50 (~3800 рублей по нынешнему курсу) плюс 10% от стоимости поездки. Оставшуюся сумму заплатила уже на месте.
Всё оказалось проще, чем я думала. Школ много, и важно выбрать ту, что подходит именно вам.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
Физическая подготовка
– Физически я была готова. Силовые тренировки, растяжка, танцы – часть моей рутины. Но за две недели до поездки я осознала, что нужно подготовить ещё и нервную систему. Ведь впереди ждали новая страна, незнакомые люди, высокая нагрузка.
Тогда я сказала своему тренеру: «Нужно прокачать нервную систему, чтобы там не сломаться». Мы сделали упор на психологическую устойчивость. Школа заранее прислала примерный список упражнений для адаптации, и мы строили подготовку с оглядкой на него. Тем, кто планирует поездку, советую заранее поработать над приседами, выпадами и растяжкой. В программе много упражнений на ноги.
Стоит ли ехать без спортивной базы? Да, если есть желание. Но не ради того, чтобы доказать силу, а чтобы лучше узнать себя. В Шаолине тренируются в том числе люди с нулевым спортивным прошлым, и мастера это учитывают. Нагрузка подбирается индивидуально, никто не заставляет тянуться за опытными учениками. Главное требование к ученикам — готовность вставать в 5:00 и повторять одно движение по 100-300 раз. Это про терпение и выносливость, а не про мышцы.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
В моей группе была девушка с лишним весом и без какого-либо спортивного опыта. Она тренировалась наравне со всеми — просто в своём диапазоне. Отсутствие подготовки не стало преградой. В школе учатся искусству кунг-фу с нуля.
Я заранее шутила, что не стану Брюсом Ли, но зато буду Кунг‑фу Пандой из мультика. Так меня и прозвали. Я никогда не занималась кунг‑фу, просто хотела попробовать без завышенных ожиданий. Думала: «Не выйдет — не выйдет, никто не осудит». И правда – атмосфера оказалась очень доброжелательной.
Рядом были ребята, которые жили и тренировались там полгода или год: если что‑то не получалось, они подходили, показывали, помогали, а когда выходило — искренне радовались. Благодаря этому хотелось оставаться дольше и совсем не хотелось уезжать, несмотря на сложность занятий.
Читайте также:
Эксклюзив «Дедушка всегда учил быть романтиком и мечтать». Как живёт внучка Фёдора Конюхова?
Эксклюзив «Это был настоящий челлендж». Велосипедист проехал 633 км от Сеула до Пусана за пять дней
О быте
– Я побывала в двух школах. В первой провела неделю и поняла: это не тот опыт, который ищу. Перешла во вторую — и наконец почувствовала себя на своём месте. Там я находилась три недели. В первой школе действовала политика раздельного проживания: по одному ученику в комнате, у каждого свои санузел и душ. На сайте это объясняли необходимостью учитывать культурные особенности. Туда приезжают люди из разных стран — русские, арабы, европейцы, американцы — и школа старалась избежать возможных сложностей.
Условия были хорошие, но я знала про другие варианты — например, комнаты на шестерых с двухъярусными кроватями и общими санузлами на этаж, рассчитанными на 50 человек. Такой формат сразу не рассматривала. После тяжёлых тренировок стоять в очереди в душ не лучший способ восстановления.
Первая школа напоминала большой кампус: общежития, тренировочные залы, очень много китайских учеников. Наша интернациональная группа состояла всего из 20 человек, а вокруг были в основном местные. Во второй школе, наоборот, почти не было китайцев, зато было много иностранцев. Она была сильнее ориентирована на зарубежных учеников, а занятия проходили прямо в храме при школе — именно такую атмосферу я и искала.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
Первые впечатления разошлись с ожиданиями. Я приехала ночью и ждала чего‑то грандиозного: золотых крыш, сотен монахов, настоящей магии. Вокруг были горы и лёгкий туман, но никакой «картинки из ролика» не случилось — и это поначалу немного расстроило. Решила подождать утра.
Я проснулась от шагов учеников. Первая тренировка моей группы начиналась в 6:00, а китайцы, похоже, начали ещё раньше. Меня встретил мастер и отвёл в зал, где я познакомилась с ребятами. Они быстро обрисовали распорядок: тренировки, приёмы пищи, отдых. В этот момент поняла, что нахожусь не в музее и не на экскурсии, а внутри живого, работающего организма — и теперь должна стать его частью.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
Питание в школе
– Важный нюанс: в школе не подают мясо, и белка ощутимо не хватает. Если бы знала заранее, взяла бы протеин. На территории ничего подобного не продают. В маленьком магазинчике только сладости — печенье, шоколадки.
Питание было простым: общая столовая, железная тарелка, раздача. В меню — белый или жёлтый рис, тофу (основной источник белка), острые блюда в жирных соусах, иногда булочки. На завтрак давали по два яйца. Мне почти ничего не нравилось, и бо́льшую часть времени я съедала только эти яйца и соевые ростки. За поездку похудела на 4 кг.
На выходных можно было выезжать за пределы школы и покупать продукты. Если удавалось найти хороший магазин, вариант — что‑то взять с собой на территорию школы, но надолго всё равно не запастись: холодильников в комнатах не было. Некоторые ребята покупали рисоварки и варили себе каши с фруктами, однако на это нужно было тратить свободное время, а я каждую свободную минуту старалась спать.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
Распорядок дня
– День строился по чёткому расписанию. Мы пытались вставать в 5:45, чтобы в 6:00 быть на утренней тренировке. Она длилась час и состояла из тайцзи или цигун — плавных движений, которые помогали организму проснуться.
В 7:00 — завтрак, в 8:30 — вторая тренировка (до 11:30). Между ними оставался примерно час — его можно было потратить по своему усмотрению. В 12:00 — обед, затем – послеобеденный сон. Следующая тренировка начиналась в 14:30 и шла до 18:00. В 18:00 — ужин, после которого по желанию шли уроки китайского (до 20:00). Дальше было свободное время: кто‑то работал удалённо, кто‑то гулял по территории, встречал закат, читал, просто отдыхал.
Среди учеников были и те, кто жил в школе уже год: они совмещали длительные тренировки с удалённой работой, потому что нужно было на что‑то жить. Я боялась проблем со связью, но их не оказалось. Правда, мне было не до этого: бо́льшую часть времени либо тренировалась, либо спала.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
О тренировках
– Одной из самых непростых тренировок для большинства считается растяжка — её многие не любили. Нас сильно тянули, доводили до шпагатов. Я хожу на стретчинг, и мне тренировка казалась относительно лёгкой, но для других была настоящим испытанием.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
Была и тренировка на выносливость на лестнице: бежишь вверх на 100 ступеней, вниз спускаешься «как животное» – на четвереньках, затем прыгаешь вверх, потом – на одной ноге, потом – на другой. После шести циклов ребята чувствовали себя вымотанными, а я успела сделать только два с половиной — и чётко поняла, что лестница — моё слабое место.
В школе всегда есть такие занятия, где ты чувствуешь себя сильным, и такие, где понимаешь, что нужно работать больше.
Ещё мы занимались медитацией в храме. Хотя в обычной жизни я никогда не относилась к этому серьёзно, в Шаолине всё сложилось иначе. Атмосфера помогла по‑настоящему погрузиться в процесс. Сейчас продолжаю медитировать уже дома.
Отдельной частью обучения стали «набивки»: цель — научить тело не чувствовать боль. Сначала удары причиняют дискомфорт, но со временем реакция притупляется. Мы работали в парах, били друг друга руками и ногами. Также в программу входили отжимания на пальцах, стойки на голове и другие сложные элементы.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
Мне было непросто и бить, и принимать удары — приходилось преодолевать внутренний барьер. Далеко не все сразу могут отжиматься на пальцах: кому‑то разрешали начинать с колен, кому‑то — поднимать ноги на возвышение. Главное правило — каждый соревнуется не с соседом, а с собой. Рядом мог стоять парень, который тренировался год, а я рядом с ним просто пыталась встать на пальцы. И никто не осуждал: важны были прогресс и ежедневные повторения одних и тех же движений.
Читайте также:
Эксклюзив Забег в Хоббитоне и треккинг в Мордоре: спортивное путешествие по миру «Властелина колец»
Путешественница прошла 2300 км по Большой Уральской тропе за четыре месяца. Как это было?
О тёплых воспоминаниях
– Два самых тёплых воспоминания связаны с личными моментами. Первое — мой день рождения, который я не планировала отмечать в Шаолине. Изначально хотела провести две недели в одной школе, но потом переехала во вторую, где мне очень нравилось, и каждый раз говорила: «Ещё на неделю останусь». В итоге шифу и другие сотрудники шутили: «Ксения, тебе уже надо на год оставаться».
Вечером в мой день рождения все собрались, пришли мастер и его жена, испекли торт. Мы только закончили тренировку и были уставшими, но атмосфера получилась невероятно тёплой. Кто‑то включил русскую народную песню, и ребята начали танцевать. Этот вечер запомнился надолго.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
Второе воспоминание — тихий момент одним утром. Я сидела и встречала рассвет, когда ко мне подошёл мастер‑шифу — он обычно не подходил к ученикам просто так. Молча сел рядом и стал смотреть вместе со мной. В конце просто сказал: «Хорошо». Не как оценку моих достижений, а как признание того, что хорошо уже само по себе то, что мы сейчас здесь, вдвоём, смотрим на рассвет. Этот момент я сохраню в памяти надолго.
Из поездки вынесла несколько важных вещей. Во‑первых, значение дисциплины. Мы часто воспринимаем её как насилие над собой, но на самом деле она даёт свободу. Когда день структурирован, организм работает лучше. В школе я ощущала лёгкость и ясность: тело и разум чувствовали себя иначе. Хотела перенести эту дисциплину в обычную жизнь, однако оказалось непросто.
Во‑вторых, ценность усилий. Все видят результат, но никто не видит пути. Настоящее усилие остаётся «за кадром». Самые сложные моменты происходили не на физическом уровне, а в голове: когда хотелось опустить руки после неудачного движения, однако ты продолжал, понимая, что тело ещё способно, а сдаётся только мысль. Эту привычку — не сдаваться раньше времени — стараюсь применять в повседневной жизни.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
Ещё один вывод — о роли гаджетов. В обычной жизни мы сильно зависим от устройств, а там их использование сводится к минимуму. Ты просто живёшь, чувствуешь свободу и не боишься «пустоты» без телефона. Каждая минута наполняется смыслом: делом, звуком, движением. Учишься быть в моменте, не спешить. Можно просто сидеть, смотреть на закат или на гору и ни о чём не думать — и это по‑своему исцеляет.
Зачем ехать в Шаолинь
– Наблюдая за другими учениками, выделила несколько типов людей, которые едут в школы кунг‑фу. Были подростки, которых родители отправили как своеобразное «наказание»: например, мальчики из Египта и ОАЭ, которым было по 14 лет (хотя официально принимают с 16).
За ними постоянно присматривал куратор. Было забавно спрашивать: «Что вы натворили дома, что вас сюда сослали?» — они отмалчивались.
Были и те, кто ехал учиться, чтобы потом преподавать кунг‑фу у себя на родине. Пара ребят жила там целый год: хотели получить сертификат и пройти полноценное обучение в Китае. Много было европейцев, которые после учёбы решили исследовать мир и выбрали такой необычный способ познакомиться с Китаем. Кто‑то ехал за духовными практиками, хотя важно понимать, что школа кунг‑фу — это в первую очередь про физическую дисциплину и труд, а не про глубокое духовное просветление.
Русских в наших группах почти не было, хотя, по моим наблюдениям, многие россияне едут туда просто из интереса — попробовать себя, получить новый опыт. Мне кажется, сейчас это стало своего рода трендом: люди хотят проверить, на что способны, и выбирают для этого Шаолинь как яркое символичное место.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
О ценах
– Что касается стоимости, действует принцип: чем дольше живёшь в школе, тем дешевле выходит стоимость суток. В первой школе день пребывания — $ 70 (~5400 рублей по нынешнему курсу), во второй — $ 45 (~3500 рублей). Разница в полтора раза, но во второй мне понравилось больше. Вероятно, первая была популярнее и активнее продвигалась в соцсетях.
Советую не ориентироваться только на цену, а задавать школе конкретные вопросы: будет ли практика в монастыре, кто будет вести занятия — сам шифу или его помощники, какие условия проживания. Просите прислать фотографии реальных мест, где предстоит жить. В первой школе на сайте были фото монастыря, но по факту мы туда не ходили: оказалось, что это снимки места, где живут настоящие монахи, полностью отрёкшиеся от мирской жизни.
Фото: Из личного архива Ксении Лазаренко
В указанную стоимость обычно входят проживание, питание и тренировки. Дополнительные траты зависят от планов на выходные: я могла потратить за выходной и 100 юаней (~1100 рублей по нынешнему курсу), и больше — всё определялось тем, как хотелось провести время. В течение дня тратить деньги практически некуда: утром и днём ты на тренировке, потом — на занятиях по китайскому языку или отдыхаешь.
Отдельно стоит заложить бюджет на авиабилет до Китая и на трансфер: в зависимости от расположения школы придётся добираться от аэропорта до соседнего города, а затем на такси, трансфере или другим транспортом. Также я оформляла дополнительную страховку — её стоимость зависит от пакета.
Читайте также:
Эксклюзив «Отличная школа жизни». Путешественник прошёл около 260 км по Пути Сантьяго
Эксклюзив Как сделать путешествия стилем жизни и объездить полмира? Личная история Ирины Поповой Хочешь получать больше советов и лайфхаков для здорового образа жизни? Подпишись на еженедельную рассылку Лайфстайла. Электронная почта Подписаться
